Главная | Каббалистическая вселенная | Регистрация | Вход
МЕНЮ САЙТА
Лунный календарь
Фазы Луны (Алма-Ата)
КАЛЕНДАРЬ
«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930
Static

Каббалистическая вселенная

Сочтя досконально проработанные каббалистические видения небесных чертогов и сверхъестественных существ не более чем символическими «промежуточными станциями» на пути к Единому, мы совершили бы ошибку. От неё предостерегает нас великий хасидский вероучитель восемнадцатого века, известный под прозванием «Маггид из Межирича»: «Человек должен отторгать своё «я» от тела до тех пор, пока не пройдёт через все миры и не станет единым с Богом, пока не растворится целиком и полностью в этом бестелесном мире» Устремлённость к абсолютному Небытию, столь типичная для медитативного опыта в еврейской традиции, была и остаётся целью истинного искателя духовной Истины.

Сколь бы великолепными или, напротив, ужасными ни были предстающие ему видения, все они не более чем порождения ума и тела самого созерцателя. Благодаря богатому личному опыту великие учителя прошлого глубоко постигли человеческую психику и многообразные ловушки, которые она может расставлять на пути духовных поисков. Столкнувшись с ангелами и демонами своей собственной души и осознав трагические последствия, к которым ведёт преждевременное погружение в её бездны, они не уставали сопровождать предостережениями даже сами наставления в искусстве медитации. Рабби Акиба призывал учеников не поддаваться иллюзиям: «Когда приблизишься ты к камням чистого мрамора [эвфемистическое обозначение определённой ступени созерцания], не говори: «Воды! Воды!», ибо сказано нам в Книге Псалмов: ‘Говорящий ложь не останется пред глазами моими’*» [* Псалтирь, 100:7. — Примеч. перев.]

 

Поскольку Акиба и его ученики искали наставления к медитации на уровне сод, тайном уровне толкования Торы, то эту библейскую цитату можно интерпретировать как повеление не принимать умопорождённый «образ» Бога за подлинный опыт соприкосновения с Богом. Следовательно, каббалистическая вселенная должна пониматься как своего рода карта с маршрутом мистического путешествия к Богу, — карта, условные знаки которой восходят к тексту Торы, но меняют своё значение в ходе истории, следуя переменам в коллективном сознании еврейского народа.

Колесница

Каббалист раннего периода, достигший известных высот в искусстве медитации и желавший продолжить «восхождение», получал в своё распоряжение то же транспортное средство, при помощи которого совершил символическое путешествие на небеса пророк Иезекииль. Вознёсшись за облака на огненной крылатой колеснице, запряжённой божественными животными и ангельскими созданиями, Иезекииль стал прообразом древнееврейского тайновидца. Этот библейский предшественник мистиков Колесницы описал своё путешествие настолько ясно и тщательно, что всякий его последователь заранее знал, что именно ему предстоит испытать в медитации. Он знал, что сначала он пройдёт через семь состояний сознания, именуемых «гекалот», и лишь затем достигнет Престола Господня. И здесь, при условии достаточно глубокой погружённости в медитацию, его взору явится восседающий Адам Кадмон, космический человек, — архетипическое отражение самого созерцателя.

Дабы обезопасить себя от проекций собственного ума, способных отвлечь внимание и сбить с пути, мистик Колесницы использовал особые песнопения в сочетании с визуализациями. К примеру,  если путь ему преграждал демонический страж, мистик призывал на помощь образ Суда Господня, помещая его перед своим духовным взором в виде ярко светящейся красной сферы, и повторял священное имя Адонаи до тех пор, пока страж не исчезнет. В одном из трактатов рабби Акибы содержатся наставления к разнообразным медитативным приёмам, разработанным на основе библейских пассажей и оригинальных песнопений, сложенных самим Акибой. Один из таких приёмов готовил созерцателя к опыту халук — видению света, столь яркого, что его отождествили с «ризой», в которую облачился Господь, дабы Его смог узреть Моисей (как, по-видимому, и любой визионер, сравнявшийся с Моисеем в искусстве тайновидения).

В упражнении, именуемом «облечение в Имена», каббалист облачался в ризу, на которой были начертаны перестановки букв священного Тетраграмматона. Так он не только произносил имена Бога, но и представал их физическим воплощением. Имелось даже письменное руководство к этому упражнению — «Сефер ха-Мальбуш» («Книга одеяния»). Применялись в медитациях и особые жесты и позы, которыми следовало сопровождать разные стадии визионерского путешествия.  В специальных пособиях давались подробные указания к тому, когда нужно вставать, садиться или простираться ниц и как регулировать дыхание. Учеников предупреждали о необходимости внимательно следить за изменениями в дыхании, и за тем, не появилась ли у них испарина, слабость, дурнота или головокружение.

Одним из величайших мистиков Колесницы был рабби Нехуния бен Хакана. Он прославился тем, что, не выходя из медитативного состояния, описывал свой опыт группе восторженных учеников. Тем временем один из коллег рабби записывал его речи. Надо полагать, что лучшего способа заглянуть в тайны медитации Колесницы не существует — разве что испытать их на собственном опыте.

Исаак Слепой, влиятельный каббалист тринадцатого века, принадлежавший к прованскому кружку, расширил символику Меркабы, включив в неё все всевозможные деяния Господа в мире человека. Его последователям замысловатые символы из книги «Бахир» служили условными обозначениями на символической карте, позволявшей обнаружить знаки присутствия трансцендентного божества в проявленном мире.

Тело Бога

Достигнув в своём путешествии Престола и узрев Адама Кадмона, мистик затем визуализировал себя самого блуждающим в бороде космического человека. Тот, кто смог затеряться в божественном сияющем свете и омыться священным елеем, умащающим каждый волосок этой великолепной бороды, достигал духовного уровня Моисея. Нет нужды объяснять, что в это избранное общество вошли лишь немногие: рабби Акиба, рабби Шимон бар Йохаи, Ицхак Лурия, Авраам Абулафия и Исраэль Баал Шем Тов, — вот, пожалуй, и всё. И, разумеется, объявить об этом достижении собственными устами не дерзнул никто, кроме Абулафии. Остальных провозгласили «искрами души Моисея» исполненные благоговения ученики.

Степень совершенства, достигнутая мистиком в медитациях, измерялась степенью развитости трёх уровней человеческой души: животного (нефеш), разумного (руах) и духовного (нешама). Созерцая бороду Адама Кадмона, тайновидцы, достигшие высокого уровня развития (то есть те, в которых нешама возобладала над остальными составляющими души), могли продвигаться дальше на пути к Единому очень быстро. Как только духовная часть души искателя восстанавливала тесную связь со своим божественным истоком, антропоморфный образ Бога в милостивой форме Древнего становился его Отцом, Другом или Возлюбленным, к которому отныне можно было обращаться лично. С точки зрения каббалиста, именно такая глубоко личная форма медитации явилась источником интимной любовной поэзии, составляющей библейскую Песнь Песней (одну из самых популярных книг среди мистиков), побудила царя Давида обращаться к Богу в псалмах с такой непосредственностью, а позже стала основанием для «бесед с Богом», которые вёл хасидский рабби Нахман из Бреслава.

Медитация на Шехину, женскую ипостась Бога, представляла собой визуализацию величественной семиликой женщины, каждый из ликов которой скрывал под изысканными уборами один из аспектов души созерцателя. В самой же возвышенной форме интимной медитации каббалист визуализировал женское и мужское «тела» Бога, сплетённые в любовном объятии. Тем самым мистик связывал воедино духовную, интеллектуальную и инстинктивную составляющие своей собственной души.

 

 

Рис. 1. Древо Жизни с десятью сефирот и одиннадцатой, «сокровенной» сефирой Даат.

1. Кетер (Венец)

2. Бина (Понимание)

3. Хокма (Мудрость)

4. Даат (Знание)

5. Гебура (Суд)

6. Хесед (Милосердие)

7. Тиферет (Красота)

8. Ход (Величие)

9. Нецах (Великолепие)

10. Йесод (Основание)

11. Малькут (Царство)

Сефирот

Наиболее тщательно разработанную карту каббалистического визионерского путешествия представляет собой мировое Древо Жизни, плоды которого суть эманации Божества. Здесь бесконечный и непостижимый Бог открывается людям в серии проявляющихся в нисходящем порядке «качеств». Это Древо изображается в форме древесного ствола (правая сторона которого считается «мужской», а левая — женской») с десятью взаимосвязанными ветвями, на которых располагаются сефирот (мн.ч.; ед.ч. — сефира;  этот термин переводят по-разному — как сферы, миры, эманации или уровни сознания). При этом каждая сефира — нечто вроде голографического изображения всех остальных сефирот. В соответствии с постулатом «как наверху, так и внизу», сефирот воплощают собой Божье Творение, соединённое Великой Цепью Бытия, которая протянулась непрерывно от ничтожнейшего инертного минерала до самого Эйн Соф, Бесконечного. Как говорит в книге «Зогар» Моше де Леон, «Бог есть объединённое единое. …Всё связано со всем, вплоть до последнего звена; божественная сущность присутствует внизу так же, как и наверху, как в небесах, так и на земле. И нет ничего иного» <3>. Следовательно, искатель духовного всегда может отыскать дорогу к первоистоку, с какой бы точки Древа он ни начал свой путь. Однако познать Эйн Соф дано лишь тому, кто не строит заранее его образы.

Таким образом, все сефирот, несмотря на видимые различия между ними, в действительности составляют одно с Бесконечным, а значит, не могут быть ни сочтены, ни выстроены в какую-либо хронологическую последовательность. В этом своём непроявленном аспекте Эйн Соф (именуемое в данном качестве также просто Эйн) недоступен ни чувствам, ни воображению, и говорить о нём возможно только как о «Небытии». Протекая через сефирот, подобно потоку чистой воды, оно приобретает многообразные цвета и формы материального мира. Вот как об этом пишет Моисей Кордоверо: «Сущность эта не меняет цвета вовсе, [не склоняясь] ни к суду, ни к состраданию, ни вправо, ни влево. Однако при прохождении [её] лучей сквозь [сефирот] — пёстрые цветные стёкла, — верх берёт то суд, то сострадание».

Чтобы совершить мысленное путешествие через четыре переплетённых между собой архетипических мира и через сефирот мирового Древа, необходимо сперва познакомиться с его сложной, многоуровневой символикой. Карта извилистых троп, по которым пролегает этот путь, — книга «Зогар». В ней содержатся подробные наставления к созерцанию каждой из божественных эманаций и указываются их соответствия качествам и частям тела человека, священным Именам и цветам.

Качества следующих девяти сефирот ассоциируются с определёнными библейскими персонажами:

 

Бина — Лия 

Хесед — Авраам и Ревекка

Гебура — Исаак и Сарра

Тиферет — Иаков

Нецах — Моисей

Ход — Аарон

Йесод — Иосиф

Малькут — Давид и Рахиль

 

Но для медитации на сефирот важнее всего знать соответствия божественных эманаций уровням человеческого сознания.

На рис. 1 показана невидимая начальная точка, возникшая из Эйн Соф, бесконечной Пустоты, расположенной над Древом. Устремляясь от неё вниз, энергия принимает форму молнии и в таком виде входит в Кетер. Между Кетер и Хокмой расположена точка, Йеш — Бытие. Эта эманация именуется «Бытие из Небытия» и представляет собой наивысшую точку оформленного мира. Она соответствует наивысшему уровню человеческого сознания. Третья точка, расположенная на горизонтальной линии между Хокмой (по правую сторону Древа) и Биной (по левую сторону), завершает серию божественных истечений, составляющую высочайший из четырёх архетипических миров — Ацилут, мир Эманации. Ацилут объемлет собой фигуру Адама Кадмона, космического человека, и содержит первообразные формы, возникшие при слиянии полярно противоположных энергий — мужской энергии Хокмы (Мудрости) и женской энергии Бины (Понимания).

Разрабатывая положения трактата «Сефер Йецира» (анонимные авторы которого отметили, что божественных эманаций было десять, но не указали их имён и свойств), каббалисты из жеронской школы под руководством Исаака Слепого прояснили природу шести низших сефирот. Выбирая имена для сефирот, они руководствовались достоинствами Бога, перечисленными в 1-й книге Паралипоменон, 29:11. Преобразовав слово Гедула (величие) таким образом, чтобы оно читалось как Хесед (милосердие), а Мамлака (великолепие) — как Малькут (царство), они соотнесли каждое из шести библейских слов восхваления с одной из сефирот. При этом остальные четыре достоинства, указанные в библейском тексте, — Гебура, Тиферет, Нецах и Ход — были оставлены в неизменном виде.

 

Десять сефирот

Кетер (Венец)

Расположение на Древе Жизни: центральная верхняя точка.

Архетипический мир: АЦИЛУТ (Эманация).

Человеческие качества: воля и смирение.

Части тела: внешняя — темя, внутренняя — мозг.

Священное имя: ЭХЕЙЕ.

Цвета: белый и чёрный.

Хокма (Мудрость)

Расположение на Древе Жизни: правая сторона.

Архетипический мир: АЦИЛУТ (Эманация).

Человеческое качество: мудрость.

Часть тела: правое ухо.

Священное имя: ЯХ.

Цвет: синий.

Бина (Понимание)

Расположение на Древе Жизни: левая сторона.

Архетипический мир: АЦИЛУТ (Эманация).

Человеческое качество: понимание.

Часть тела: левое ухо.

Священное имя: ЙОД-ХЕ-ВАУ-ХЕ ЭЛОХИМ.

Цвет: зелёный.

Даат (Знание)

Расположение на Древе Жизни: центральный ствол.

Даат — сокровенная сефира. Она не имеет соответствий в проявленном мире, поскольку выступает символом непосредственной медитации на Эйн Соф — Небытие.

Хесед (Милосердие)

Расположение на Древе Жизни: правая сторона.

Архетипический мир: БРИЯ (Творение).

Человеческое качество: милосердие.

Часть тела: правая рука.

Священное имя: ЭЛЬ.

Цвет: белый.

Гебура (Суд)

Расположение на Древе Жизни: левая сторона.

Архетипический мир: БРИЯ (Творение).

Человеческое качество: сила.

Часть тела: левая рука.

Священное имя: ЭЛОХИМ.

Цвет: красный.

Тиферет (Красота)

Расположение на Древе Жизни: центральный ствол.

Архетипический мир: БРИЯ (Творение).

Человеческое качество: самосознание.

Часть тела: сердце.

Священное имя: ЙОД-ХЕ-ВАУ-ХЕ.

Цвет: белый.

Нецах (Великолепие)

Расположение на Древе Жизни: правая сторона.

Архетипический мир: ЙЕЦИРА (Формирование).

Человеческое качество: решимость.

Часть тела: правая нога.

Священное имя: ЦЕБАОТ.

Цвет: красный.

Ход (Величие)

Расположение на Древе Жизни: левая сторона.

Архетипический мир: ЙЕЦИРА (Формирование).

Человеческое качество: гибкость.

Часть тела: левая нога.

Священное имя: ЭЛОХИМ ЦЕБАОТ.

Цвет: зелёный.

Йесод (Основание)

Расположение на Древе Жизни: центральный ствол.

Архетипический мир: ЙЕЦИРА (Формирование).

Человеческое качество: духовное устремление.

Часть тела: половые органы.

Священное имя: ШАДДАИ.

Цвет: белый.

Малькут (Царство)

Расположение на Древе Жизни: центральный ствол.

Архетипический мир: АСИЯ (Действие).

Человеческое качество: восприятие.

Часть тела: стопы.

Священное имя: АДОНАИ.

Цвет: белый.

 

 

Рис. 2. Молниевидный путь эманаций, истекающих из Эйн Соф в сефирот Древа Жизни.

1. Эйн Соф (Небытие)

2. Йеш (Бытие)

3. Кетер (Венец)

4. Хокма (Мудрость)

5. Бина (Понимание)

6. Даат (Знание)

7. Гебура (Суд)

8. Хесед (Милосердие)

9. Тиферет (Красота)

10. Ход (Величие)

11. Нецах (Великолепие)

12. Йесод (Основание)

13. Малькут (Царство)]

 

 

 

Четыре архетипических мира

1. Мир АЦИЛУТ возникает из десяти изречённых слов Бога, положивших начало Творению. Он содержит в себе первое, наивысшее проявление десяти сефирот. Возникнув, этот мир разделяется на четыре уровня, и так появляются три низшие мира — Брия, Йецира и Асия.

2. Мир БРИЯ — это проявленный мир, описанный в Книге Бытие. Соответствуя семи дням Творения, он содержит семь низших сефирот и является обителью ангельских сонмов. Охраняемый ангелом Метатроном, мир Брия служит своего рода мостом между высшим миром эманации и низшим миром формирования.

3. Мир ЙЕЦИРА. Высшая оконечность архетипического мира Формирования соединяется с низшей оконечностью предыдущего мира — Брии. Йецира погружена в материю глубже, чем обитель ангельских сонмов, а, следовательно, и более доступна для человека. Она соответствует Эдемскому саду, в котором божественное и человеческое начала взаимодействовали до падения Адама в мир Асия.

4. Мир АСИЯ — это наш материальный мир, в низшей части которого помещается царство «оболочек» (клипот) — дисгармоничных энергий, которые возникли из «разбитых сосудов» (первозданных форм), когда Бог сжал и ограничил божественный свет ради сотворения мира.

Восхождение и нисхождение

Что бы ни предпочёл каббалист — подниматься по ветвям Древам или спускаться, — цель упражнения остаётся всё той же: растворить «я» и слиться с Эйн Соф. Постичь Небытие путём интеллектуальных усилий невозможно, — оно может открыться лишь в миг «самозабвения». Мистик, пожелавший начать свой путь с Кетер — связующего звена между трансцендентным Эйн Соф и имманентными сефирот, — должен проявить смирение, связанное с этой сефирой, ибо только смирение поможет ему достичь должной самоотверженности.

Хокма, воплощение божественной «мудрости», символизирует потенциальность в мире форм. Следовательно, медитация на Хокму соответствует наивысшей форме умственной деятельности, доступной человеку. С мудростью Бога связана мужская, активная, порождающая энергия.

Бина, понимание (восприимчивое порождающее дополнение мудрости), являет Божество в его женской ипостаси. Медитация на связь между Хокмой и Биной помогает перенести плоды медитаций в повседневную жизнь. Гармонизируя в себе полюса активной мудрости и восприимчивого понимания, мистик способствует объединению противоположных энергий, символами которых выступают мужские и женские сефирот мирового Древа.

Хесед и Гебура рождаются непосредственно из Хокмы и Бины. Мужская сефира Хесед, воплощающая принцип неограниченного расширения, символизирует беспредельную силу Господней любви. Этому аспекту божества, изливающему милость во все миры, противостоит женская сила сдерживания — сила Гебуры, ограничивающая истечение милости, которая в противном случае могла бы затопить собою всё мироздание.

Тиферет примиряет противоположности, воплощённые в Хесед и Гебуре. Метафорически представленная как «сын» этих двух сефирот, Тиферет символизирует стабильный центр мирового Древа, а также личного Бога Израиля, посредника между небом и землёй. Поскольку эта сефира наиболее доступна для молитв, её как объект ежедневной медитации ассоциируют с литургией.

Нецах и Ход подобны Хесед и Гебуре, но относятся к более низкому уровню. Они служат проводниками нисходящих свыше божественных эманаций. В соответствии с положением этих сефирот на Древе, энергия, протекающая через них, разбавлена так, чтобы чувства человека, воспринимающего её, не подвергались чрезмерной нагрузке.

Йесод — это нижний передатчик энергии, изливающейся из сокровенной сефиры Даат. Медитировать на неё предписывается в субботние дни, когда человек, согласно поверью, обретает вторую душу (т.е. когда возрастает способность к сосредоточению на духовных делах). Йесод символизирует возможность подняться на высшие уровни сознания, представленные высшими сефирот.

Малькут — самая доступная из эманаций Бога. Эта последняя сефира, утверждённая в материальном мире и воплощающая женский аспект Божества, символизирует священную природу Творения. Таким образом, медитация на Малькут тождественна «высвобождению искр» из мира материи.

Медитация на определённые цвета, звуки, виды, запахи и осязательные ощущения, проводящаяся в определённые моменты времени и в сочетании с подобающими молитвами и благодарениями, превращает такие повседневные дела, как омовения, приём пищи, секс, сон и прогулки, в жизнь, всецело посвящённую Богу и проживаемую в Боге. Постоянное сознание своей неразрывной связи с ритмами и энергиями, исходящими от сефирот, позволяет сохранять неизменное единство с Богом.

К примеру, для каббалиста, работающего в традиции Ицхака Лурии, ежедневная молитва — это очередная возможность для сеанса медитации на сефирот. Ему достаточно взглянуть на кавванот, сопровождающие каждую молитву, чтобы знать, когда и как следует совершить поклон. Из сочинений рабби Хаима Виталя, преемника Ицхака Лурии, записавшего его учение, мы узнаём, что поклон соединяет голову, т.е. вершину спинного хребта, с копчиком, т.е. основанием позвоночника, а, следовательно, символизирует соединение высших сефирот с низшими. Поэтому во время «Амиды» (части ежедневной молитвы, произносимой в стоячем положении) следует произнести про себя восемнадцать благословений, соответствующих восемнадцати позвонкам. (Добавленное позднее девятнадцатое благословение соответствует копчику.) Человек, не желающий совершать поклоны, не обладает достаточным смирением; он всё ещё не избавился от змеиной гордыни  — ведь когда-то у змея был прямой хребет, искривившийся лишь после того, как змей был изгнан из Эдемского сада и осуждён вечно пресмыкаться. С каббалистической точки зрения, образ библейского змея в Эдемском саду может быть истолкован как неспособность сосредоточить внимание на высших сефирот. А этот недостаток, в свою очередь, может быть приравнен к гипертрофированному чувству «я», мешающему склониться в смиренном поклоне.

Поскольку физическое, эмоциональное и духовное «тела» считались тесно взаимосвязанными, систему сефирот можно было также соотнести с первообразом человека — Адамом Кадмоном. Будучи одним из отражений Бога, каждая сефира на Древе Жизни символизировала также один из «членов» божественного «тела». Эйн Соф, Бог как недифференцированное, чистое Бытие, тождественное Небытию, разумеется, был превыше любых символических представлений. Но уже в Кетер возникал первообраз андрогинной человеческой головы. Медитация на Хокму, расположенную в правой части Древа, позволяла узреть бородатый мужской «лик» (символ мозга и интеллекта), а медитация на Бину, находящуюся в левой части, — соответствующий ему женский «лик» (символ сердца и души). Правой «рукой» была сефира Хесед, а левой «рукой» — Гебура. Торс — в особенности «сердце» и спинной хребет — ассоциировался с Тиферет и считался мужским. Нецах и Ход представляли соответственно правую и левую «ноги» и считались обителью пророков. Сефира Йесод связывалась с половыми органами, символизировала жизненную энергию и считалась обителью праведников. Наконец, Малькут, воплощение Шехины, соотносилась со стопами, утверждёнными в физическом мире и представлявшимися как женские.

Союз Тиферет и Малькут оказывался точкой встречи имманентного с трансцендентным. В этих двух сефирот заключалась тайна возвращения к Единому. В свете этого средневековый каббалист Азриэль из Жероны заявил, что, поскольку в Небытии существует всё, то всё сотворённое мироздание в основе своей не дифференцировано.

Следовательно, в соотнесённости с фигурой человека сефирот суть живые символы «ухода и возвращения», а с этой идеей мы можем вновь обратиться к личности рабби Акибы — человека, который умел «уходить и возвращаться», то есть вступать в сад (медитировать на Небытие) и покидать его невредимым (переносить плоды своих медитаций в оформленный мир).

С разрушением иерусалимского Храма в 70 году н.э. и началом рассеяния евреев в учение каббалы проник новый, пессимистический элемент: на первый план выступили мотивы изгнания и разделённости, потеснившие идеал единения. Разрыв древней связи между Богом и народом Израиля породил идею цимцум — «стягивания» Эйн Соф, Бесконечного Абсолюта, который ограничил себя, дабы породить оформленный мир. Но сила его последующего излияния оказалась столь велика, что сосуды форм, предназначенные вместить её, не выдержали напора и разбились. Осколки этих сосудов — клипот (этот термин переводят как «оболочки», «скорлупа» или «шелуха») — образовали наш «падший» мир, а большая часть божественного света возвратилась к высшим сефирот. Но часть священных искр осталась в пределах досягаемости для человека, и задача каббалиста состояла в том, чтобы привлечь их на помощь и починить сосуды, то есть вернуть божественный свет в материальный мир. Основанная на этой концепции довольно сложная форма медитации — тиккун («исправление», «восстановление»), занимала центральное место в практике сафедских каббалистов шестнадцатого века. Член сафедской общины Исраэль Саруг описывал её так:

 

 «Опустившись на дно мира претворения, скорлупы преобразовались в четыре элемента — огонь, воздух, воду и землю, — из которых развились ступени минерала, растения, животного и человека. Когда последние материализовались, часть искр осталась в этих разнообразных формах существования и скрыто пребывает в них. Вам надлежит стремиться к освобождению этих потаённых искр, вознося их к святости силою вашей души»

 

Практично настроенные хасиды восемнадцатого столетия очистили тиккун от чрезмерной эзотеричности. Они полагали, что задачу «освобождения священных искр» можно исполнить посредством любого, даже самого обыденного занятия, совершаемого в состоянии сосредоточенности. В начале двадцатого века рабби Авраам Исаак Кук истолковал идею «исправления» как концепцию непрерывных перемен, которым подвержен сам сотворённый мир.  Постоянно развиваясь и возвышаясь, мир, в конечном счёте, сам приводит созерцателя к Эйн Соф, где ему открывается, что никакой нужды в «исправлении» нет и не было никогда.

Каббалисты конца двадцатого века распространили идею тиккун на социально-политическую сферу, трактуя её, главным образом, как путь к устранению раскола между расовыми и этническими группа

Translation
Форма входа

ГЛАВНОЕ МЕНЮ
Magia © 2017 Web:АдминWEB
Рейтинг@Mail.ru
НАПИСАТЬ ПИСЬМО!